![](/i/t.gif) |
![Время новостей](/i/logo_online.gif) |
N°85, 20 мая 2010 |
![Время новостей](/i/logo.gif) |
ИД "Время" |
![Время новостей](/i/logo_news.gif) |
![](/i/t.gif) |
![](/i/t.gif) |
![](/i/t.gif) |
Критика критики капитализма
Игорь Бирман написал, а издательство «Когито-Центр» выпустило «Капиталистический манифест», хотя это и не «манифест», и не «капиталистический».
Живет Игорь Бирман в Америке много лет, зовет себя «экономистом из штата Мэриленд», но пишет и острит по-русски, а что «скважинную жидкость» цитат, цифр и фактов черпает из двух несхожих культурных источников, так это к вящему удовольствию читателя. Впрочем, в Америке не все догадаются, что в названии он оттолкнулся от «Коммунистического манифеста», о Марксе помнят больше «вообще», а не как об авторе конкретных произведений. Да и в России ряды дотошных знатоков марксизма быстро тают, хотя осталось побольше тех, кто повторит чеканное: «Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма».
Манифест -- это вихрь, атака, приговор врагу. Это: «Пусть сильнее грянет буря!». Это: «А паразиты -- никогда!». Бирман так писать не хочет и, допускаю, не умеет. Ему неинтересно волоком тащить читателя за шиворот к сверкающим высотам истин. Если бы Карл Маркс разделял творческие принципы Игоря Бирмана, то первая фраза «Коммунистического манифеста» зазвучала бы примерно так: «Мы тут потолковали с Энгельсом и пришли к выводу, что призрак коммунизма, по всей видимости, бродит по Европе. Впрочем, сначала уточним географические пределы Европы, скажем, правомерно ли включать в нее Турцию и Грузию. Нужны также более надежные статистические данные о призраках, хотя эксперты склоняются к тому, что их не существует».
Бирман пишет в предисловии: «Сомневаюсь, что, едва книжка будет опубликована, все бегом побегут исполнять рекомендации, хочу лишь «привлечь внимание». После 2008--9 не покажется, что ломлюсь в настежь распахнутые ворота». То есть сам признает, что не манифест.
А что произошло в 2008--9? Кризис. Но не это важно. А важно, что кризис непонятный, не понятый, жестокий, планетарный. Важнее: кризис, созданный финансовыми институтами, вызволять которых из беды пришлось всем миром, т.е. деньгами налогоплательщиков. И еще важнее: кризис системный, требующий смены механизма.
Это как раз взгляд тех, кто тяготеет к марксизму. Бирман от этой тяги в тягостном изумлении: «Почему столь популярен Маркс; как комплект лозунгов-подтасовок овладел умами?» Он вновь и вновь перебирает в руках ржавые детали локомотива истории, который никого не привез к счастью, но всегда ехал задним ходом и не туда. И что, этому процессу суждено повториться?
Кризис, по автору, потому и случился, что он -- расплата за ошибки. Внутри капитализма заложен механизм саморегуляции. «Капитализм явился на свет божий не по чьей-то придумке... Социализм же сначала выдумали -- он «головной». Придумка, настаивает автор, оказалась много хуже естественного продукта. Своими благами человечество обязано капитализму, все виды социализма (включая советско-сталинский) бесплодны, однако «печатно (идеологически. -- В.Н.) капитализм защищает себя слабо».
Бирман решительно, но без экзальтации берет под защиту распинаемый строй. В особой главе он перечисляет родовые грехи капитализма с зюгановской пунктуальностью, оправдывая сущую действительность тем, что «лучшего не придумано». Не ново, автор сам ссылается на классическую максиму Черчилля. Для себя же Бирман оставил другую делянку, тоже немалую. Утверждая, что сегодняшние государственники -- это те же социалисты, он аргументированно предостерегает против поспешных модернизаций капитализма, переделок, которые внедряются здесь и сейчас. Автор против замены в пожарном порядке надежного и проверенного, пусть и не безупречного устройства на конструкции, «взятые из головы», которые опять сулят светлое будущее.
Среди тех, кто засучил рукава, чтобы поскорее взяться за распил капитализма, есть лауреаты Нобелевских премий и шарлатаны. В борьбе с капитализмом они уповают на государство, в том числе капиталистическое. Наш автор видит опасность для ценностей рынка со стороны не марксистских агитаторов, а скорее гигантских корпораций типа «Майкрософта», «Боинга» и «Тойоты». Они покушаются на ключевую идею капитализма: «зависимость (твоего) материального достатка от тебя самого». Они слишком крупны, забюрократизированы, они сами суть государства. Их надо заставить вновь вписаться в капитализм и размерами, и духом инициативы.
Бирман считает необходимым ограничивать капитализм, но сугубо по-капиталистически. Для этого он предлагает очень крутую шкалу так называемого корпоративного налога. Есть в книге и другие предложения. Спорные, но ему не привыкать. 30 лет назад он достаточно точно вычислил коллапс СССР, а заодно доказал никчемность его анализа людьми из ЦРУ. В ответ получил продиктованную местью репутацию человека, который доказывает правильное, но неправильными методами.
Игорь Бирман написал немало книг, сохраняя верность легкому слогу, дерзкому противостоянию аксиомам и умению сбросить давление в котле -- шуткой, ироническим толкованием любых утверждений, тем более своих собственных. Хотя манифест получился не слишком капиталистическим и не совсем манифестом, но нам с вами недосуг лезть на баррикады «с Бирманом в башке, с наганом в руке».
Хотя, кто знает. Владимир Буковский, автор предисловия к этой работе, считает, что следовать «Капиталистическому манифесту» для общества много полезнее, нежели манифесту коммунистическому. Буковский убежден, что это «экспериментально доказано практикой Двадцатого века».
Владимир НАДЕИН