![](/i/t.gif) |
![Время новостей](/i/logo_online.gif) |
N°148, 16 августа 2005 |
![Время новостей](/i/logo.gif) |
ИД "Время" |
![Время новостей](/i/logo_news.gif) |
![](/i/t.gif) |
![](/i/t.gif) |
![](/i/t.gif) |
Клон ты мой опавший
«Остров» Майкла Бэя на экранах Москвы
С недавних пор наиболее громкие блокбастеры выходят на наши экраны одновременно со всем миром, что позволяет хотя бы в первый уикенд проката судить их максимально непредвзято, не обращая внимание на цифры заокеанских кассовых сборов. «Острову» в этом плане не повезло: российский релиз припоздал по сравнению с американским ровно на неделю, так что в кинотеатр пришлось отправиться, уже держа в голове непреложный факт: фильм, который обещал стать одним из основных хитов сезона, попавший (наряду со «Звездными войнами», «Бэтменом», «Мистером и миссис Смит») во всех специализированных киноизданиях в десятку лент, «которые вы ни в коем случае не должны пропустить этим летом», стоивший без малого 120 млн долл., в прокате провалился. Разумеется, первой мыслью, как и почти всегда в таких случаях, стало предположение, что фильм оказался слишком хорош для попкорновой американской публики, и на него следует обратить особое внимание. К сожалению, не проходит и получаса, как к американцам присоединяешься целиком и полностью.
2019 год. Землю постигла экологическая катастрофа, и немногие выжившие обитают в многоэтажных цитаделях, полностью изолированных от внешнего враждебного мира. Для того чтобы выжить, приходится поступиться некоторыми общечеловеческими свободами, так что обитатели этого дисциплинарного санатория отзываются на приставленные к именам порядковые номера, носят одинаковые белые наряды и стопроцентно правильно питаются (в меню представлены все виды отрубей, овощные соки, по четвергам -- тофу, а заветный бекон можно получить лишь по знакомству). Ежедневный контроль за анализами, раз и навсегда определенное рабочее место, личный контакт с представителем противоположного пола (включая случайные прикосновения) может стать проблемой. Впрочем, обитатели бункеров, похоже, не особенно четко представляют себе, что такое секс. И кто такой Бог, кстати, тоже. Все их мечты, все радости и надежды последних землян связаны с ежедневной лотереей, случайно выбранные победители которой получают возможность отправиться на Остров -- последний оазис нетронутой земной природы -- и до конца жизни наслаждаться естественным счастьем, напоминающим рекламу «Баунти».
Но не все так благополучно. Один из людей в белом, некто Линкольн 6-е (Эван Макгрегор) начинает задумываться о том, что творится вокруг, и обнаруживает в происходящем очевидные нестыковки. Он видит странные сны (более всего напоминающие парадоксальный микс из подводных видений главного героя классической «Аталанты» Жана Виго и не менее классических, но куда менее аппетитных эпизодов из фильма Лючио Фульчи «Зомби -- пожиратели плоти»), задает все больше ненужных вопросов, тайком якшается с неприкасаемым супервайзером из техперсонала (Стив Бушеми) и, наконец, ловит в вентиляционной шахте летучую букашку, которой там не может быть, потому что ее там не может быть никогда. Вся эта резвость приводит к тому, что Линкольн выясняет страшную правду: никакого Острова нет и в помине, а «счастливцы», которые получают заветную путевку, мучительно умирают под ножом хирургов. Ибо на самом деле они, как и все остальные рядовые жители подземелий, являются вовсе не людьми, а клонами самых настоящих землян. Изделиями, которые ждут своего часа, пока их спонсорам-двойникам не понадобится заменить какой-нибудь жизненно важный внутренний орган. Не желая быть разобранным на запчасти, Линкольн и его подруга Джордан 2-е (Скарлет Йохансен) решаются на побег. И оказываются в реальном мире, где никакой катастрофы не было и в помине.
Столь подробный пересказ сюжета был бы преступен по отношению к потенциальным зрителям в любом другом случае. Но только если речь не идет об «Острове»: все возможные сюжетные неожиданности авторы умудрились впихнуть уже в самые первые рекламные ролики, так что судьбы Линкольна и Джордан до премьеры была неизвестна разве что им самим. Тем более что фабула позаимствована из пусть малоизвестного, но все-таки реально существующего фильма конца 70-х годов «Ужас Клонуса» -- занятного копеечного трэша, являющего собой в свою очередь гибрид «Комы» и «Зеленого сойлента». Но вторичность сюжетных ходов можно по идее и простить (в конце концов все фильмы о клонировании так или иначе выруливают на проторенную дорогу одних и тех же общечеловеческих проблем). Беда в том, что больше ухватиться в «Острове» и вправду не за что. Из истории, как будто скомпилированной на скорую руку из самых общих мест, сто раз отыгранных в научной фантастике, нельзя почерпнуть ничего, что хоть как-то было бы связано с современностью. Ни один из образов не вырастает до уровня мало-мальской метафоры, клонов невозможно сравнить ни с низшими социальными слоями общества, ни с обитателями третьего мира, ни с кем-либо еще, кого обычно принято видеть в героях фантастических произведений подобного рода. А сами по себе ни Линкольн, ни Джордан, ни все остальные на полноценных и интересных персонажей не тянут.
Работая над «Островом», Майкл Бэй впервые вышел из-под контроля своего постоянного продюсера Джерри Брукхаймера, который имел непосредственное отношения ко всем предыдущим бэевским хитам -- двум сериям «Плохих парней», «Армагеддону», «Пирл-Харбору» -- и бросился в объятия к Стивену Спилбергу и его студии Dreamworks. Результат налицо: без Брукхаймера даже самые навороченные трюковые сцены (таковые в «Острове» ближе к концу все-таки имеются) кажутся лишенными привычно-нездорового, но очевидного драйва и выглядят вклеенными из какого-то другого фильма. А от Спилберга Бэю достался футуристический автомобиль, использованный некогда в «Особом мнении», да еще море разливанное превратно понятой сентиментальности и добрых чувств с явно просроченным сроком годности.
И в этом прогорклом гуманизме заключается самое неприятное и, пожалуй, подлое. Схватившись за мысль о том, что клоны, появись они в реальности, тоже заслуживают к себе политкорректного отношения, создатели «Острова» умудрились забыть об элементарной порядочности. Так что в фильме становится один раз по-настоящему, нешуточно жутко, и мурашки бегут по телу, но совсем не по тому поводу, что планировалось. Есть там один мимолетный, почти проходной эпизод. В поисках своих спонсоров-оригиналов парочка клонов-беглецов добирается до дома, где живет заказчица джордановского тела, смертельно больная фотомодель. К видеофону подходит маленький мальчик, ее сынишка, который привычно уже говорит, что мама в больнице, что ее дома нет и, когда она придет, он не знает. А потом вдруг вглядывается в экран и, не веря своим глазам, шепчет: «Мамочка! Это ты, мамочка?»
Это не мамочка. Это ее точная копия, которая спустя несколько кадров позабудет об этой встрече и кинется дальше навстречу своему собственному счастью и независимости. А маленький мальчик, вспыхнувший в одночасье надеждой, так и останется доживать свой нескончаемый век где-то в кинематографическом чистилище на конце финальных титров. Там, где живут персонажи, чьи судьбы навеки сломаны сценаристами и режиссерами, пекущимися об актуальности своих произведений, но накрепко забывшими и о вкусе, и о совести.
Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ